Несколько секунд стрельбы во время обычной дорожной проверки запустили юридическую цепочку, которая тянется уже почти шесть лет. В центре дела — не только вооруженное нападение, но и вопрос, который в Германии считают принципиальным: что важнее для государственного служащего — субъективный страх или безусловный служебный долг? Именно от ответа на него теперь зависит, смогут ли две полицейские сохранить свой статус и профессию.
В начале мая 2020 года в городе Гевельсберг в Северном Рейне–Вестфалии рутинная дорожная проверка переросла в экстремальную ситуацию. Водитель, находившийся под воздействием наркотиков, внезапно достал пистолет и открыл огонь по сотрудникам полиции. Примерно за 20 секунд прозвучал 21 выстрел. Один из полицейских получил ранение в верхнюю часть живота и выжил только благодаря бронежилету.
Для уголовного процесса ключевым стал не сам факт стрельбы — здесь все было очевидно, а события, развернувшиеся сразу после нее.
Вместо помощи
Широкий резонанс дело получило из–за поведения двух других сотрудниц полиции, которые случайно проезжали мимо места происшествия на патрульной машине. Согласно материалам уголовного дела, у них было несколько возможных вариантов действий: немедленно вызвать подкрепление, произвести предупредительные выстрелы или оказать помощь раненому коллеге.
Вместо этого они остановили проезжавший мимо автомобиль и покинули место происшествия, связавшись с диспетчерской лишь спустя время. В суде обе женщины объяснили свое поведение страхом за собственную жизнь и состоянием шока. Суду предстояло оценить не эмоции, а последствия бездействия.
Вердикт уголовного суда
С уголовно–правовой точки зрения дело было закрыто несколько лет назад. В октябре 2022 года Landgericht Hagen квалифицировал бездействие как покушение на причинение тяжких телесных повреждений при исполнении служебных обязанностей и приговорил обеих сотрудниц к четырем месяцам лишения свободы условно.
Этот приговор уже был смягчением. Ранее районный суд Швельма назначил каждой из них по двенадцать месяцев условного заключения — срок, при котором потеря работы была бы практически неизбежной. После апелляции вопрос профессионального будущего полицейских был переведен из уголовной плоскости в дисциплинарную.
Нападавший был осужден еще раньше. В марте 2021 года он получил семь с половиной лет лишения свободы за покушение на убийство. В его виновности у суда сомнений не возникло.
Дисциплинарное производство: «максимальная мера»
Новая глава дела началась в конце 2025 года. Работодатель — полицейское ведомство округа Эннепе–Рур — подал дисциплинарный иск с требованием расторгнуть служебные отношения. Рассматривать его будет Verwaltungsgericht Münster.
Речь идет о самой строгой мере, предусмотренной законодательством о государственной службе. Обе полицейские уже отстранены от выполнения обязанностей: сначала их перевели на административную работу, затем полностью освободили от службы на время разбирательства.
В чем суть конфликта
Этот случай наглядно показывает различие между уголовным правом и дисциплинарной ответственностью. Относительно мягкий условный приговор не дает автоматического ответа на главный вопрос для работодателя: можно ли по–прежнему доверять этим сотрудницам выполнение полицейских функций?
В Германии статус государственного служащего предполагает повышенные требования к поведению, особенно в экстремальных ситуациях. Дисциплинарный суд должен определить, было ли бегство с места стрельбы настолько серьезным нарушением служебного долга, что дальнейшая служба в полиции стала невозможной.
Почему это дело важно
Речь идет не о повторном наказании, а о профессиональной пригодности. Подобные дела показывают, что в Германии вопрос доверия к полиции может оказаться важнее самого приговора. Суду предстоит решить, где проходит граница между человеческим страхом и обязанностью, от которой зависит безопасность коллег и общества.
Об этом говорит Германия:
Германия — Фотография против страха. Можно ли снимать соседа–дебошира или подозрительного прохожего — и как сделать это по закону?
Германия — AfD — впереди планеты всей. Новый опрос регистрирует перелом в настроениях немецкого электората
Германия — Суд присудил детей — но не дал покоя. Какие права есть у родителя с Aufenthaltsbestimmungsrecht и как защититься от провокаций бывшего
Германия — Работать больше, расти быстрее, позже выходить на пенсию? Глава BDA критикует удобные мифы немецкой экономики
Германия — В ледяном плену — от Гамбурга до Амстердама. Полярный шторм несет рекордные морозы, отменяет рейсы, останавливает поезда и осложняет дороги
Германия — Хорошее вино — в убыток. Почему призыв «пейте больше немецкого» стал симптомом кризиса
Германия — След из мусорного контейнера — возможная улика. 3250 вскрытых сейфов и первая реальная зацепка: находка в Дортмунде может изменить ход расследования
Германия — 38 центов за километр — но не всем. Кому на самом деле выгодна новая компенсация за дорогу : почему прибавка часто меньше, чем кажется
Германия — Берлин без света и тепла: 45 тысяч домохозяйств в холоде. Масштабное отключение, поджог и политический след — почему инцидент стал вопросом безопасности
Германия: Учитель без диплома — мошенничество на 207 000 евро. Как поддельные документы позволили годами работать в школах — и чем это закончилось
Германия — Смертельный исход в центре города. 23–летний мужчина погиб от ножевых ранений, братья–близнецы находятся под арестом
Германия — Социальная реформа с риском для Конституции. Могут ли получателей Bürgergeld полностью лишать выплат
Германия — «Жуку» — 80 лет. Как из послевоенных руин родился мировой символ и почему сегодня никто больше не ездит «вместе» — в буквальном и символическом смысле
Германия — Врач ставит выгорание, коллеги — диагноз «чужая». Как работа может довести до больничного — и как не остаться без денег после увольнения
Германия — Такси под огнем — пассажир выжил после 10 выстрелов. Полиция Дюссельдорфа не исключает заказное покушение, мотивы остаются неясными
Германия — 10 триллионов накоплений — а что с этим делать обычным семьям? Почему рекорд частных сбережений ощущается далеко не всеми
