Основной закон дает демократии право защищаться от тех, кто хочет ее разрушить. Но применить это право против партии, за которую голосуют миллионы, — шаг настолько тяжелый, что его боятся и сторонники, и противники запрета.
В немецкой политике неожиданно громко прозвучали старые голоса. Францу Мюнтеферингу — 86 лет, и, похоже, именно это дает ему право говорить без дипломатических реверансов. Бывший глава СДПГ и экс–вице–канцлер предлагает не тянуть с самым жестким инструментом демократии — процедурой запрета AfD. Сделать это, по его мнению, нужно до следующих выборов в Бундестаг, которые должны пройти весной 2029 года. Иначе, предупреждает он, страна может проснуться слишком поздно.
Мюнтеферинг сравнивает AfD со снежком, который надо остановить до того, как он сорвется лавиной. Образ резкий, но понятный. «Альтернатива для Германии» давно вышла из роли шумного статиста на политической сцене. Она уже в центре спора: в парламентах, в рейтингах, в муниципалитетах, в земельных раскладах — и все ближе к реальной власти.
Испытательный полигон
Самое большое напряжение сегодня — на востоке страны. В 2026 году выборы пройдут в Саксонии–Анхальт и Мекленбурге — Передней Померании. AfD там уже не нужно доказывать, что она способна быть сильной. Главный вопрос другой: что произойдет, если она станет первой? Как будут строиться правительства? Кто с кем сможет говорить? И не превратится ли старая немецкая «защитная стена» в красивую декларацию, которую не выдержит политическая математика?
Мюнтеферинг говорит: именно поэтому нельзя ждать. Он допускает, что запрет AfD через Конституционный суд может оказаться долгим и рискованным путем. Но, по его мнению, молчаливое ожидание еще опаснее. Процедура хотя бы заставит страну вслух назвать проблему проблемой.
Проблема в том, что легкого решения нет. AfD нельзя просто вычеркнуть: ее поддерживают избиратели. Но нельзя и делать вид, что перед страной обычный спор правых и левых. Игнорирование провалилось. Подражание только усиливает оригинал. Изоляция работает все хуже. Запрет остается последней кнопкой — той самой, на которую страшно нажать, но еще страшнее однажды не успеть.
Красная кнопка демократии
Финальное слово может сказать только Федеральный конституционный суд. Подать заявление вправе Бундестаг, Бундесрат или федеральное правительство. Причем суду придется показать не просто неприятную политическую картину. Нужны доказательства, что партия стремится атаковать свободный демократический строй и что речь идет не о страшилке на будущее, а о реальной угрозе.
Вот почему спор так опасно искрит. Сторонники запрета говорят: демократия не должна ждать, пока ее противники сами возьмут в руки государственные рычаги. Скептики возражают: слабое дело против AfD может стать для нее не ударом, а рекламной кампанией. Партия мгновенно превратит процесс в историю о том, как «система» якобы расправляется с неудобным конкурентом.
Не сторонник судебной войны
Фридрих Мерц в историю с запретом AfD входит осторожно, почти на цыпочках. Канцлер из ХДС опасается, что такая процедура будет выглядеть не как защита демократии, а как попытка убрать неудобного конкурента через суд. Поэтому он делает ставку не на юридическую атаку, а на политическое давление: четко отделять себя от AfD, спорить с ней за избирателя и вытаскивать назад тех, кто ушел к правым из–за миграции, кризисов и усталости от старых партий.
Мюнтеферинг говорит совсем в другой тональности. Для него это не вопрос рейтингов и электоральной тактики, а вопрос границ самой республики. Он напоминает: Основной закон ФРГ начинается словами «Достоинство человека неприкосновенно». И именно этот принцип, по мнению бывшего главы СДПГ, AfD постепенно размывает — прежде всего через свою антимиграционную риторику.
Правовой туман
С AfD Германия спорит уже не только политически, но и юридически — и ясности от этого не стало больше. В 2025 году Федеральное ведомство по охране конституции классифицировало партию на федеральном уровне как достоверно правоэкстремистское движение. AfD ответила судебными шагами, после чего ведомство временно приостановило использование этой оценки. В феврале 2026 года административный суд в Кельне срочно постановил: пока такую формулировку применять нельзя. Основной процесс продолжается.
Так что идея запрета движется не по широкой дороге, а через туман. В нем смешались доклады спецслужб, судебные решения, партийные страхи и вопрос, который никто не может обойти: где заканчивается политическая борьба и начинается защита государства?
СДПГ на этом фоне тоже не выглядит монолитом. Бывший премьер–министр Шлезвиг–Гольштейна Торстен Альбиг недавно предложил не исключать полностью правительства меньшинства, которые могли бы существовать при терпимости AfD. Для многих в партии это прозвучало как удар по «защитной стене». Мюнтеферинг оценил идею холодно: да, это выводит в заголовки, но не дает ответа на главный вопрос — как демократии выбраться из ловушки AfD.
Так выглядит нынешний немецкий узел. Одни хотят бить AfD политически. Другие — проверить ее через суд. Третьи ищут новый язык с ее избирателями, не давая власти самой партии. За всеми вариантами стоит один страх: прежние рецепты больше не работают.
Об этом говорит Германия:
Германия — Муж ушел, ВНЖ остался. Когда после распада брака у иностранки появляется самостоятельное право на пребывание
Германия — Кто здесь свой? Спор о немецком гражданстве разделил политиков на сторонников открытой интеграции и жесткого отбора
Германия — Deutschlandticket вместо наличных. Бедным — билет, деньги — под замок: спор о проездном для получателей Bürgergeld показал, где проходит граница между помощью и контролем
Германия — Украинские пособия попали в немецкую пробку. Обещанное урезание выплат может не стартовать в срок из-за спора о компенсациях землям
Германия — Муравьи против немецкого порядка. Tapinoma magnum уже не просто биологическая редкость, а проблема для домов, муниципалитетов и электросетей
Германия — Врач далеко, автобус редко. Рейтинг IW показал, почему место жительства все чаще решает, будет ли жизнь удобной — или превратится в ежедневный квест
Германия — «Кто приехал — пусть платит»: ХДС давит на канцлера. В партии Фридриха Мерца требуют привязать миграцию к труду, взносам и личной ответственности
Германия — Рельсы трещат под бюджетом. Федеральным землям не хватает 14 млрд евро, чтобы сохранить региональные поезда и S–Bahn
Германия — PayPal попался на чужой крючок. Мошенники рассылают письма о «блокировке аккаунта» и выманивают данные пользователей
Германия — Франкфурт улыбнулся по–русски. Русский культурно–образовательный центр провел отчетный концерт с танцами, песнями, стихами и выставкой детских работ
Германия — Бундесверу выставили неуд. Только 17% немцев верят, что армия защитит страну при нападении
Германия — Семейную страховку пустят под нож. Кто должен платить за партнера, если он не работает или зарабатывает слишком мало?