Штутгарт: «Обмануть судьбу невозможно...»

14.06.2020 в 01:10, просмотров: 1181

Штутгарт: «Обмануть судьбу невозможно...»

Врач и литератор Милана Гиличенски

Врач Милана ГИЛИЧЕНСКИ в Штутгарте человек очень известный. В ее медицинском кабинете в центре города всегда много пациентов, к которым она относится очень внимательно. Больные любят ее не только за профессионально назначаемое лечение, но и за душевное, индивидуальное отношение к каждому из приходящих...

Милана родилась в Молдавии, в 1984 году, окончила кишиневский Мединститут, практикует уже более 30 лет. В Штутгарте она много лет работает как семейный врач и возглавляет собственный праксис. Но, несмотря на огромную занятость в качестве медика, у нее еще остается время на творчество. «Я начала писать, потому, что почувствовала такую потребность. Остро. И литературной деятельностью занимаюсь уже десять лет», – говорит она. Сегодня на страницах нашей газеты мы публикуем небольшой отрывок из новеллы Миланы Гиличенски «Два цвета воды» и рецензию о ее творчестве филолога Александра НОСКОВА.

Писателями также рождаются!

... В литературу Милана Гиличенски пришла не случайно. Точно также, как Фаина Раневская, доказавшая всем, что актрисами не становятся, а рождаются, так и Милана Гиличенски своим талантом и примером подтвердила, что писателями также рождаются. Без профильного образования Раневская начала играть в провинциальных театрах, а позже добралась и до московской сцены. Выдавая направо и налево крылатые фразы, Раневская стала выдающейся актрисой XX века. Также, как и Раневская Милана Гиличенски, тоже начинала жизненный путь в маленьком молдавском провинциальном городке.

Правда, крылатые фразы направо и налево она не раздавала, но создавала интересные произведения, увлекательные рассказы и т. д., при знакомстве с которыми даже самый неискушенный читатель признавал её талант. Шаг за шагом она поднималась по лестнице в своём творчестве. С юных лет ее окружали интересные талантливые люди, которые приобщили юную деву не только к искусству, но и ко всему прекрасному в окружающем ее мире. Судьба благоволила ей.

«Вообще-то я всегда любила искусство: живопись, музыку, я закончила музыкальную школу по классу фортепиано, – рассказывала о себе Милана в одном интервью – Мне всегда хотелось себя выразить, творить, что-то делать, но я не знала, как. Но я понимала, что все эти мои мечты стать режиссером или заниматься журналистикой, достаточно нереальны, и пошла по другому пути...» 

А потом все равно желание у Миланы заниматься чем-то творческим все же победило, лишний раз подтверждая истину – пробовать обмануть или обойти судьбу практически невозможно.

Размышляя над тем как ей, Милане, с ее прежней квалификацией гастроэнтеролога, удалось восполнить недостающие знания по специальности прямо во время прохождения лечебной практики, успешно сдать «тот самый страшный экзамен», чтобы получить немецкое гражданство и, наконец, открыть собственную врачебную практику, на ум приходят слова Дмитрия Лихачева, ученого с мировым именем. «Точные науки не могут развиваться без динамического развития гуманитарных наук, – подчеркивал академик Дмитрий Лихачев, – ибо именно гуманитарные науки обеспечивают должный уровень интеллигентности ученых, занятых исследованиями в любых областях знания».

В жизни писательницы Миланы живут как бы два человека: художник и ремесленник. Но какой ремесленник! Ремесленник высокой культуры мышления, без которого ей никогда не стать высококлассным специалистом. И эти две линии не могут иметь завершения, ибо требуют постоянно совершенства...

Действие, которое описывает в своем произведении «Два цвета воды» Милана Гиличенская, происходит на берегах неописуемой красоты реки Арагви, воспетой великими поэтами России. На своем протяжении река Арагви, в зависимости от пород на дне, имеет несколько потоков различных цветов. Это дало грузинам почву для создания красивых легенд и мифов. Этот же феномен, очевидно, подтолкнул Милану Гиличенскую дать своему произведению столь необычное название «Два цвета воды» и он же дал основание для одного из героев сравнить два рядом бегущих потока разного цвета с идущими бок о бок по жизни людьми, но никогда так и не сливающимися во что-то единое целое.

На фоне главных героев выступают также персонажи новеллы: зяблик-птичка певчая, пастух, играющий на свирели, женщина, пекущая хлеб – каждый из них по-своему понимает свое счастье и каждый из них по-своему его строит. И от того, что думает каждый персонаж новеллы о собственных желаниях, как он их уважает, каково его отношение самому себе и к окружающим людям, зависит результат его восприятия жизни в целом: довольствоваться совсем малым или направить все усилия на достижение им задуманного либо разочарование.

В новелле птичка выступает как бы своеобразный противовес, предполагаемому автором образу, привыкшему ждать от жизни многого. Привыкший ждать, в определенном смысле не живет – во всяком случае, не живет в полной мере: он все время спешит от своей реальной жизни к чему-то другому, он всю свою дорогу жизни бежит, не замечая того, что вокруг, не понимая тех, кто рядом, не используя своих возможностей.

Безусловно, читать новеллу «Два цвета воды» ─ это не только удовольствие, но и в какой-то мере труд для мозгов. Можно читать дешевые детективы, которые поглощаются легко и не требуют умственного напряжения. Но есть Чехов, Шота Руставели, Николай Гоголь и Николай Бараташвили, Достоевский, Максим Рыльский, Иван Франко... Произведения этих писателей заставляют думать, анализировать, вчитываться и перечитывать, чтобы понять смысл прочитанного.

Александр НОСКОВ, филолог-славист, переводчик,

Баден-Баден.

★ ★ ★

Два цвета воды

В лощине на берегу быстрой Арагви поселилось Воспоминание.

Много лет оно бродило вокруг да около. Днями поднималось на зелёные вершины, в хорошую погоду умудрялось даже взлететь на самую высокую скалу, к ледникам. Вечерами спускалось обратно в долину, там дремало в кустах ежевики или под листьями папоротника. Поначалу с передвижением не было проблем, но со временем всё чаще одолевала усталость: исчезла прежняя прыть, кружилась голова, шумело в ушах, приходилось рассчитывать только на свои ноги, а они слабели день ото дня. Платье у Воспоминания сносилось, чулки изорвались, башмаки протёрлись до дыр. И не потому, что всему свой срок, оно-то так, но Воспоминание ещё перегрузило себя вне всякой меры: за спиной уже многие годы носило оно тяжёлый заплечный мешок.

В одно прекрасное утро оно, наконец, добрело. Перед ним бурлили в одном русле, не перемешиваясь, две воды – две сестры Арагви, чёрная и белая.

«Это то место, которое я искало ... – сказало себе Воспоминание. – Я пришло, дальше идти некуда. Пожалуй, останусь тут до конца дней».

Чёрный и белый потоки стремительно неслись мимо. Казалось, не были им на пути препятствием ни песчаные перекаты, ни отмели.

«Знакомое явление» – думало Воспоминание, – совсем как у людей: встречаются в одном русле, текут рядом, даже препятствия умудряются вместе преодолеть, а воедино никак не сольются».

Размышляя о прихотливости фатума, создающего людей и природу такими, как они есть, Воспоминание опустилось в лощину и задремало с заплечным мешком в обнимку.

Проснулось оно от лёгкого прикосновения. Казалось, будто кто-то травинкой щекотал его затылок, согревшийся на солнцепёке.

Воспоминание перевернулось с бока на спину и открыло глаза. Над ним на ветке яблони сидела Мечта, розовая и свежая, как только распустившийся цветок гибискуса.

– Хотите яблочка? – кокетливо спросила Мечта, желая показаться вежливой.

– О нет, я давно уже не могу жевать твёрдое: зубов не хватает.

– Вы кто? – Мечта исподтишка разглядывала затрапезного вида создание, и Воспоминание не могло не заметить иронии в её взгляде.

– Я Воспоминание. Много лет я бродило в поисках места, где встречаются две сестры Арагви, успело состариться, пока нашло дорогу. Теперь думаю поселиться прямо тут, в лощине.

– Поселиться? Навсегда? – Мечта скорчила презрительную гримаску и перелетела на соседнюю ветку. – Неужели вам не нравится свобода? Сегодня вы на деревенском празднике, завтра на поляне, у подножья заснеженных вершин – протяни руку и дотянешься до облака...

– В мои годы уже не легко скакать с места на место: ноги подослабли, да и груз велик, – Воспоминание указало на заплечный мешок.

– А зачем вам таскать за собой такую тяжесть? – удивилась Мечта. – Бросьте её тут, под кустом, и летите, куда глаза глядят.

– От этой тяжести не избавишься. – вздохнуло Воспоминание. – Мало кому удаётся прожить жизнь, не накопив такой мешок, а накопив, оставить под кустом и улететь.

– Не пойму, что можно копить в таком мешке всю жизнь? – спросила озадаченная Мечта. – Сокровища? Но имей Вы сокровища, то не скитались бы по миру в дырявых башмаках.  Болезни и беды? Но любое разумное существо согласилось бы оставить их под кустом и улететь прочь... Может, вы откроете свой секрет?

– Никакого секрета нет, – ответило Воспоминание. – В этом мешке я ношу за собой ожидания.

– Ожидания? – удивилась Мечта. – Вы носите за собой ожидания?

– Именно! Дело в том, что все они не осуществились. В этом мешке у меня только неосуществлённые, я собирало их целую жизнь.

– И сейчас вам от них никак не избавиться? – Мечта была совсем сбита с толку.

– Никак, они останутся со мной.

Воспоминание устроилось поудобней на дне лощины, пристроив заплечный мешок под головой, а озадаченная Мечта улетела, даже забыв попрощаться.

«Как грустно! Бедное Воспоминание! – думала она. – Неужели наступит время, когда и я из-за глупых ожиданий не смогу летать? Неужели и я под тяжестью своего мешка постарею и сгорблюсь? И моё чудесное платье изорвётся в клочья? Но может быть, со мной не случится такого, всё же я Мечта, а не Воспоминание, я не забиваю себе голову всякими глупостями».

Несколько дней она, как положено мечтам, продолжала порхать с места на место: с церковного купола на крышу дома, с виноградного куста на вершину утёса, от высокогорного озера к реке и обратно, однако в душе её покоя не было.

«С кем бы поговорить?» – думала Мечта.

В конце концов, осенила её блестящая идея: «Спрошу-ка у птиц, они летают из страны в страну, видят жизнь далеко за горной грядой и наверняка всё лучше понимают».

Из ельника неподалёку слышались нежные трели с росчерком в конце, это была песня зябликов...

Об этом говорит Германия:

Жители Тюрингии могут встречаться и праздновать без ограничений

Из-за вспышки короновируса в Магдебурге закрыли шесть школ

Коронавирус в Германии: почему одни болеют тяжело, а у другие бессимптомно

Германия: Неделя моды из Берлина переезжает во Франкфурт



|