Обычно выборы отвечают на вопрос, кто будет править. В Баден–Вюртемберге они, наоборот, только запутали ситуацию. «Зеленые» пришли первыми, ХДС получила столько же мандатов, СвДП вылетела из ландтага, а пространство для коалиций почти исчезло. Теперь две партии, которым все равно придется договариваться, ведут себя не как будущие партнеры, а как противники после тяжелой ссоры.
После земельных выборов Баден–Вюртемберг вошел не в фазу спокойной передачи власти, а в нервный и жесткий спор о будущем правительства. Формально «Зеленые» во главе с Джемом Оздемиром выиграли выборы, набрав 30,2% голосов и совсем немного опередив ХДС с 29,7%. Но в новом ландтаге это преимущество почти ничего не дает: обе партии получили по 56 мандатов. АдГ с 18,8% и 35 местами уверенно стала третьей силой, СДПГ упала до 5,5% и 10 мандатов, а СвДП с 4,4% вообще выбыла из парламента. В итоге пространство для коалиционных комбинаций почти исчезло: продолжение союза «Зеленых» и ХДС остается практически единственным реалистичным большинством. И именно это делает ситуацию особенно взрывоопасной.
Доверие разбито
Политически такой союз выглядит очевидным, но эмоционально он разрушен так, как давно уже не был. ХДС Баден–Вюртемберга до сих пор обвиняет «Зеленых» в целенаправленной «грязной кампании» против Мануэля Хагеля. Речь идет о видеоролике 2018 года, в котором Хагель говорит о «косульих карих глазах» школьницы. В конце кампании видео снова стало вирусным и вызвало волну критики. В ХДС открыто говорят, что за несколько дней было разрушено доверие, которое выстраивалось десять лет совместной работы в правительстве.
Трон на двоих не делят
Именно поэтому равенство сил в ландтаге воспринимается как политический детонатор. Оздемир может ссылаться на формальную победу, Хагель — на одинаковое число мандатов и на то, что ХДС лучше выступила по первым голосам. Христианские демократы пытаются превратить это в аргумент о «равноправии» на переговорах. Поэтому внутри партии уже открыто обсуждают необычную модель: разделить срок полномочий премьер–министра между двумя политиками — сначала Оздемир, потом Хагель, или наоборот. Сам Хагель такую идею не исключил и подчеркнул, что «все должно лежать на столе».
Отказ без торга
Однако «Зеленые» отвергли эту модель резко и без лишних церемоний. Оздемир дал понять: именно его партия должна получить пост премьер–министра. Даже если отрыв минимален, традиция, по его словам, однозначна — сильнейшая партия и выдвигает главу правительства. Ни о двойном руководстве, ни о ротации речи быть не может. В ХДС такую быструю публичную отповедь восприняли как дополнительное унижение. Генеральный секретарь земельной организации Тобиас Фогт обвинил Оздемира в «снисходительной надменности». В считанные часы сложная арифметическая задача превратилась в личную борьбу за власть.
Математика тупика
Сама математика нового ландтага показывает, насколько узок реальный коридор решений. Союз «Зеленых» и СДПГ с 66 мандатами даже близко не дотягивает до большинства. Коалиция с АдГ для «Зеленых» и ХДС исключена. После вылета СвДП отпали и прежние запасные комбинации. Возникает парадоксальная ситуация: единственная жизнеспособная модель правительства — это как раз тот союз, чья основа доверия во время кампании была повреждена сильнее всего.
Цифры на нервах
В 18–й созыв входят 157 депутатов. Явка выросла на 5,8 процентного пункта и достигла 69,6%. В абсолютных цифрах «Зеленых» и ХДС разделили примерно 27 тысяч голосов. Настолько минимальный разрыв только усиливает у обеих сторон ощущение, что именно они вправе претендовать на руководство: «Зеленые» — потому что формально заняли первое место, ХДС — потому что получила равную по силе фракцию и заметно прибавила по сравнению с 2021 годом.
После Кречмана
К этому добавляется и исторический контекст. Впервые в Баден–Вюртемберге голосование прошло по новой системе с первым и вторым голосом, а участвовать в выборах смогли уже 16– и 17–летние. Одновременно завершилась эпоха Винфрида Кречмана: после трех сроков «зеленый» премьер–министр больше не баллотировался. Так что эти выборы были, в том числе и о том, каким будет политический порядок земли после Кречмана. Сложившаяся в итоге ситуация делает вопрос коалиции еще более чувствительным.
Контакт под вопросом
Плюс обе стороны уже публично спорят даже о том, существует ли вообще серьезный контакт между ними. Оздемир утверждает, что обмен уже идет, ХДС это отрицает. Это важный симптом: если стороны расходятся даже в описании самого факта разговора, значит, минимальный уровень доверия уже серьезно подорван. Именно поэтому в ХДС все чаще звучат голоса, не исключающие и новые выборы. Из партийных кругов уже напоминают: если в течение трех месяцев не будет избран премьер–министр, ландтаг может быть распущен.
Проверка на прочность
Таким образом, Баден–Вюртемберг превращается в проверку того, насколько вообще устойчива коалиционная логика, когда сухая политическая арифметика сталкивается с личными обидами и борьбой за статус. На бумаге почти все толкает «Зеленых» и ХДС друг к другу. Но в реальной политике они подходят друг к другу не как партнеры, а как противники. Поэтому путь к новой коалиции будет не просто трудным — он вполне может стать первым большим стресс–тестом эпохи после Кречмана.
Об этом говорит Германия:
Германия — Оздемир выиграл — но счет ничейный. На выборах в Баден–Вюртемберге «Зеленые» и ХДС получили одинаковое число мандатов
Германия — Бавария уходит во второй тур. Голосование в крупных городах превратилось в напряженные дуэли
Германия — Больничную реформу переписывают на ходу. Клиникам дают больше времени, землям — больше полномочий, а спор о качестве лечения только обостряется
Германия — Социал–демократы теряют почву, либералы ловят воздух. Свежий рейтинг Insa показал, как одна партия все глубже вязнет в кризисе, а другая пытается выбраться со дна
Германия — Когда желудок говорит «стоп», а мозг — «еще!» Ученые объяснили, почему желание поесть может сохраняться даже после насыщения
Германия — Холодный прием: почему «свои» европейцы смотрят «за бугор». Жилье бьет по кошельку, интеграция буксует, а дискриминация иногда становится последней каплей
Германия — Курсы под вопросом — Берлин требует ужесточения. Миллиардные расходы, новые барьеры для доступа, нарастающий спор между федеральным центром и землями
Германия — Бензиновый шок: два евро за литр — и это еще не предел. Почему цена топлива сегодня решается не в Берлине, а на мировом рынке нефти
Германия — Больно слышать: когда мир звучит слишком громко. Как гиперакузия превращает обычные звуки — от звонка телефона до шума метро — в источник тревоги и стресса
Германия — Газонокосилки с летающими ножами и опасные игрушки. ЕС усиливает контроль за товарами из интернет–магазинов — около 43% предупреждений связаны с продукцией из Китая
Германия — Бедность под санкциями: Берлин делает ставку на работу. Прощай, Bürgergeld: критики говорят о «вотуме недоверия собственному населению»
Германия — Пенсии подрастут, но радость будет неполной. С июля выплаты увеличатся на 4,24%, однако новые взносы на медстрахование могут «съесть» часть прибавки
