Соцсети умеют делать звезд из людей, песен, мест и даже продуктов. Очередным героем ленты стал тофу: его жарят, маринуют, крошат, снимают на видео — а потом ищут в магазинах и не всегда находят. На продукт, который еще недавно считался едой для веганов и кулинарных энтузиастов, объявлена охота. Теперь его ищут уже обычные покупатели, а заводы не успевают за новым аппетитом рынка.
В немецких супермаркетах все чаще можно увидеть странную картину: место, где обычно лежали натуральный, копченый или маринованный тофу, пустует. Сегодня он превратился в массовый товар, спрос на который вырос быстрее, чем возможности производителей. Перебои уже не выглядят проблемой отдельных магазинов. О повышенном спросе и сложностях с поставками говорят крупные торговые сети, в том числе Rewe, Kaufland и Aldi Nord. В Rewe отмечают: за последние три–четыре года интерес покупателей к тофу удвоился, а только в 2025 году продажи увеличились примерно на 30%. Быстрого возвращения к привычному изобилию компания не обещает: нормализацию ожидают не раньше конца 2026 года.
Веганская ниша стала массовой
История с пустыми витринами показала, как быстро меняется повседневная корзина немецкого покупателя. Растительное питание уже не тема для споров в интернете и не модный пункт меню в кафе. Оно пришло в обычные кухни — и уперлось в совсем не глянцевую реальность: производственные линии, склады, сырьевые графики, персонал, логистику и оборудование, которое невозможно поставить за неделю. Тофу на тарелке выглядит просто: белый кубик, который можно пожарить, замариновать или добавить в суп. Но за ним стоит сложная цепочка — от переработки соевых бобов до контроля качества и доставки в магазины. Именно эта цепочка сегодня и трещит под напором спроса.
Заводы не поспевают
Особенно заметно напряжение у фрайбургской компании Taifun, одного из известных немецких производителей тофу. Там признают: обеспечить весь ассортимент в прежних объемах сейчас невозможно. Временные производственные трудности сильнее всего ударили по натуральному тофу — базовому продукту, из которого затем делают многие другие позиции. Чтобы стабилизировать выпуск, часть товаров пришлось временно убрать из ассортимента. Некоторые позиции обещают возвращать постепенно, однако полное восстановление может растянуться — в отдельных случаях до начала 2027 года. Производители уже пытаются догнать рынок. Taifun строит во Фрайбурге новую линию по выпуску тофу и расширяет инфраструктуру для переработки соевых бобов. Но пищевое производство не включается по щелчку. Оборудование нужно заказать, доставить, установить, протестировать. Сотрудников — найти, обучить и вывести на стабильный режим работы.
Узкое место — цех
Небольшим производителям не легче. Берлинская Treiber Tofu, например, работает практически на пределе возможностей. При этом главная проблема не обязательно в нехватке самой сои. Узкое место — переработка: техника, люди, мощности, скорость выпуска. Иными словами, мода выросла быстрее заводов. Покупатели уже перестроили рацион, соцсети уже сделали тофу героем быстрых ужинов, а производство все еще догоняет новую реальность.
Белок продает
На первый взгляд ситуация выглядит парадоксально. Германия остается одним из ключевых европейских рынков растительной еды, но сегмент мясных альтернатив уже не кажется бесконечно растущим: после нескольких лет подъема производство вегетарианских и веганских заменителей мяса в 2025 году впервые немного снизилось. Однако тофу живет по другой логике. Это не просто «замена котлете», а универсальный белковый продукт. Его покупают не только убежденные веганы. За ним идут флекситарианцы — люди, которые не отказываются от мяса полностью, но хотят есть его меньше. Его выбирают те, кто следит за питанием, фигурой, спортом и модной сегодня «здоровой тарелкой». Белковый тренд сделал свое дело: слово protein на упаковке работает почти как красный ценник со скидкой.
TikTok довел до кассы
Отдельный двигатель спроса — соцсети. В TikTok, Instagram и YouTube тофу давно перестал быть унылым кубиком для аскетов. Его жарят до хруста, крошат вместо яичницы, кладут в боулы, запекают, маринуют и превращают в быстрый ужин «без лишнего». Рецепт набирает миллионы просмотров — и уже на следующий день покупатели ищут тот самый продукт в супермаркете. Так лайки превращаются в продажи, а продажи — в пустые полки.
Дешевле не станет
Для покупателей дефицит может закончиться ростом цен. Резкого скачка, вероятно, сразу не будет: производителей связывают долгосрочные договоры с торговыми сетями. Но новые линии, склады, сотрудники и перестройка производства требуют денег. Если спрос останется высоким, подорожание выглядит почти неизбежным — не завтра, но в среднесрочной перспективе.
Супермаркетам ситуация тоже неприятна. Покупатель, пришедший за натуральным тофу, не всегда возьмет вместо него веганский бургер. А поклонник конкретной марки не обязательно переключится на первый попавшийся аналог. В растительном сегменте привычка и доверие к бренду уже работают почти так же, как у молочной или мясной витрины.
Пустые места в холодильных витринах говорят не только о моде на растительное питание. Они показывают, как трудно превратить новый образ жизни в стабильную поставку. Покупатели уже готовы, рецепты уже разлетелись по лентам, а фабрики еще набирают скорость.
Об этом говорит Германия:
Германия — «Гостеприимство» с привкусом 1930–х. Баварский отель оказался в центре скандала после отказа израильской паре: вместо брони супругам указали на дверь
Германия — Пять процентов для реанимации. Либералы вернулись к парламентской черте на фоне падения Союза и лидерства АдГ
Германия — По ту сторону дипломатического паспорта. Разговор без протокола и официальных формул
Германия — Не тот цвет, не тот возраст, не тот акцент. В стране выросло число жалоб на дискриминацию — от отказов на работе до подозрений в магазине
Германия — Вечность за 12 евро. Символ Кёльна вводит платный вход для тех, кто приходит не молиться, а смотреть
Германия — Бедность с немецкой пропиской. Доклад ударил по витрине благополучия: каждый шестой живет на грани
Германия — Немцы подарили энергетикам 5,4 миллиарда. Пока одни ищут субсидии, другие теряют сотни евро на старых тарифах
Германия — Добриндт дождался нужной цифры. Майская статистика словно легла в папку новой жесткой линии МВД — и теперь власти получили удобный аргумент
Германия — Ребенок болеет, коллеги шепчутся. Что делать работающей матери, если Kinderkrankentage уже не спасают
Германия — Не «нервы» и не «женские капризы». PCOS получил новое международное имя PMOS — и заставил медицину смотреть шире
Германия — 100 миллионов упрямства. Восточногерманский миллиардер делает ставку на промышленность там, где другие сворачивают станки
Германия — Одиннадцать процентов одиночества. Свежий опрос стал для СДПГ вопросом о политическом смысле партии канцлеров в 2026 году
