Лариса Удовиченко: «Я не снимаюсь в серости и в потоке»

30.07.2014 в 01:16, просмотров: 4442

Актрису Ларису Удовиченко представлять не надо. Правда, артистка до сих пор считает, что ее «визитной карточкой», как и прежде, является роль Маньки-Облигации из легендарного фильма Станислава Говорухина. Но и после роли обаятельной проститутки Удовиченко сыграла множество запоминающихся героинь в фильмах таких талантливых режиссеров, как Петр Тодоровский и Ян Фрид, Игорь Масленников, Михаил Швейцер и Владимир Меньшов. Из последних киноработ зрители наверняка запомнили ее «любительницу частного сыска» Дашу Васильеву в телесериале, снятом по детективам Дарьи Донцовой.

В Германию актриса приезжает часто и, по ее словам, очень охотно. На открытии третьего международного фестиваля «Арт Ассамблеи. Дни российской культуры» в Баден-Бадене с Ларисой Удовиченко пообщалась журналистка «МК-Соотечественника».

Лариса Удовиченко: «Я не снимаюсь в серости и в потоке»

─ Лариса Ивановна, вы родились в Вене. Часто бываете в Австрии, в Германии и какие отношения связывают вас с этими странами?

─ То, что я родилась в Вене, это не моя заслуга, просто мой папа работал военным врачом. Через год после моего рождения родители уехали обратно в СССР, много колесили по разным гарнизонам и военным базам, а потом остановились в Одессе. И все свою детство и юность я провела в Одессе, оттуда уехала в Москву. В столице поступила в государственный институт кинематографии, а после окончания осталась работать в Москве и сниматься в большом Советском Союзе. Самые лучшие наши картины были сняты в это время, и конечно, наша популярность заработана именно тогда... Сейчас, конечно, сериалы добавляют ─ если это качественные сериалы ─ и признания и какого-то хорошего, доброго отношения зрителей. Но я стараюсь отбирать фильмы, в которых снимаюсь.

─ Как вы Германию воспринимаете?

─ Прекрасно! Как только границу открыли, стала ездить сюда, начиная с 1985-86 годов. У меня друзья жили в Гамбурге, так что старалась на месяц-два обязательно вырываться каждый год. И сейчас езжу регулярно в Баден-Баден, в санатории подлечиться, в моем возрасте уже нужно проходить диагностику...

─ Без кокетства говорите? По-моему, выглядите вы просто замечательно!

─ Спасибо, но возраст есть возраст. То там кольнет, то тут екнет... Работать приходится много, так что нужно держать себя в здоровом теле.

«Зимняя вишня» (1985)

Визитная карточка ─ Манька-Облигация

 

─ Я с удивлением прочитала, что в фильме «Место встречи изменить нельзя» вы, оказывается, должны были сыграть главную женскую роль, Варю. Это, конечно, «голубая героиня», очень положительный персонаж, но по объему роль значительно больше, чем ваша, ставшая знаменитой Манька-Облигация. Никогда не жалели о том, что так получилось?

─ Нет, что вы. И эта роль до сих пор остается моей визитной карточкой. Этот фильм ─ вне времени, его прекрасно знает молодежь. И если молодые спрашивают, кого я играла, и слышат в ответ ─ Маньку-Облигацию, то тут же вспоминают эту картину.

─ Как вам работалось с Говорухиным, он такой суровый режиссер?

─ Нет, это вид у него только такой неприступный, а на самом деле он замечательный, прекрасный человек. С момента съемок я подружилась со Станиславом Сергеевичем и мы дружим до сих пор. Он неутомимый, дай Бог ему здоровья, сейчас, например, снимает картину по рассказам Довлатова...

─ Вы снимались и у Петра Тодоровского в его великолепных фильмах «Жизнь забавами полна» и «Какая чудная игра». Каким вам запомнилось общение с этим режиссером?

─ Чем талантливее человек, тем он проще и абсолютно без пафоса. Талант ─ это всегда просто. Если хороший материал, то всегда работается легко, а на этих съемках и режиссер был прекрасным и очень хорошая компания актеров подобралась. Правда, первоначально в картине «Какая чудная игра» главную роль должен был играть не Андрей Ильин, а Евгений Миронов, и у нас уже были репетиции. Но Женя одновременно был занят у Петера Штайна в спектакле «Орестея», который шел 8 часов, и у него просто физически не хватило времени сниматься у Тодоровского. Андрюша Ильин замечательно сыграл, но я мечтала работать с Мироновым, которого считаю величайшим актером современности. Жаль, не получилось...

«Сукины дети» (1990)

─ Вы много играли и на «Ленфильме», в том числе, у Яна Фрида, который последние годы жил у нас, в Германии.

─ Да, на «Ленфильме» я много снималась, зрители почему-то до сих пор любят фильм «Золотая мина» и другой, комедийный ─ «На кого Бог пошлет». Что касается Яна Борисовича Фрида, это был мастер комедии. Он всегда брал такой классический материал, к которому, казалось бы, страшно подступиться. Но это человек, имеющий свое видение, и артистам с ним было хорошо. Когда режиссер любит актеров, они ему отвечают взаимностью. Я не люблю, когда на съемочной площадке кричат и ругаются...

 ─ В музыкальных фильмах определенная сложность состоит в том, что актеров озвучивают, а сначала они должны якобы петь...

─ Еще до начала «Летучей мыши» нам дали фонограмму с ариями, которую мы учили заранее, так что потом было легко «попадать» в запись. Тогда в СССР был такой прекрасный период, до съемок шли репетиции, а это очень важно для актеров. Балетмейстером у нас была такая колоритная, очень строгая дама, прима оперетты, которая нас, говоря современным языком, «строила». Мы ее с Людмилой Максаковой, честно говоря, немножко побаивались. Но зато, когда пришло время сниматься, мы благодаря этому балетмейстеру, были совершенно подготовлены...

─ А репетиции «Тартюфа» как проходили?

─ Это была последняя картина Яна Фрида, 1992 год, когда почти ничего не снималось вообще. Мы играли в Петергофе, и у меня были великолепные партнеры ─ Владислав Стржельчик, с которым я прежде работала, Михаил Боярский... Я чувствовала себя очень комфортно. И опять же Ян Борисович, который хорошо понимал, что он делает и что ему нужно...

На открытии третьего международного фестиваля в Баден-Бадене вместе с поэтессой Ларисой Рубальской

«Гонка, когда не успеваешь опомниться»

─ А современные кинорежиссеры понимают, что они делают?

─ Сейчас такая гонка, что не успеваешь опомниться. Но бывают режиссеры, которые вкладывают душу в фильм и не гонят. Например, Александр Хван, который снял фильм «Вареники с вишней». Он, как и прежде, репетирует с актерами и старается выстраивать «единство времени, места и пространства». Картина, кстати, снималась по пьесе, текста было много и знать его приходилось прекрасно, так как играли всего две актрисы ─ Екатерина Вилкова и я.

─ Вы сейчас много снимаетесь?

─ Я занята все время, я ведь еще и в антрепризе играю, много предложений, и в театре, и в кино тоже. Я стараюсь выбирать хороший материал у хороших режиссеров, я не снимаюсь в серости и в потоке.

─ На какие предложения отвечаете отказом?

─ Я не буду сниматься в фильмах, где есть насилие, где ругаются матом, безнравственных, порнографических, можно даже без кавычек сказать. Такие сценарии предлагают иногда, что просто диву даешься: неужели уже все позволено?! Хорошо сейчас цензуры нет, но есть же внутренняя цензура, человеческая мораль!

─ Если остается время, свободное от съемок в кино и театра, чем предпочитаете заниматься?

─ Ничем, я люблю бездельничать, читать. Телевизор почти не смотрю или включаю только канал «Культура», там, что ни передача, то всегда что-то новое узнаешь из области науки или культуры.

─ А ваша дочь Мария, чем она занимается?

─ Она сейчас в Риме в киношколе учится, получает общий курс образования, а потом уже будет выбирать, что она дальше хочет изучать. Она окончила академию имени Плеханова в Москве, училась и в Академии моды в Милане на отделении экономики.

─ Родители-актеры обычно не хотят, чтобы их дети пошли по их пути...

─ Нет, я ничего не имела против. Тем более, что Маша ─ фотогеничная, она снималась, правда, в одном только фильме («Шуб-баба Люба!» 2000 года, где Маша играла вместе с мамой ─ ред.) Но сейчас она не актерское дело в Италии изучает, так что посмотрим, кем она захочет стать...