Германия — Уход по смете

Германия — Уход по смете
@ Magnific/Image Generator

Представьте мир, в котором человеческие потребности можно сокращать решением финансового комитета. Сегодня человеку помогут встать с кровати на десять процентов реже, завтра урежут время ухода, послезавтра оптимизируют потребность в посторонней помощи. Звучит как абсурдная антиутопия. Но именно такие ассоциации возникают, когда немецкие политики говорят о необходимости сэкономить миллиарды на Pflegeversicherung, пока все больше людей нуждаются в постоянной поддержке.

Иногда привычную жизнь меняет не только диагноз, но и официальное письмо. Несколько строк о новых критериях или пересмотре пособий могут нарушить планы целой семьи. Когда забота о близком расписана по часам и евро, даже небольшое сокращение помощи становится проблемой. В Берлине между тем заговорили об экономии: министр здравоохранения Карстен Линнеманн (ХДС) считает необходимым сократить расходы страхования по уходу примерно на 10% и не исключает урезания отдельных выплат. Одно дело — вычеркнуть цифру из таблицы, другое — объяснить родственникам больного, как оплачивать необходимую поддержку.

Дыра на восемь миллиардов

За 20 лет число нуждающихся в уходе, по словам министра, выросло с двух до более чем шести миллионов. Расходы касс достигли 74 млрд евро в год. Без изменений в 2027–м системе грозил бы дефицит около восьми миллиардов.

Но пугающие «10%» — не решение автоматически урезать каждому получателю Pflegegeld десятую часть. Речь о предполагаемом масштабе экономии всей системы. Какие услуги или выплаты могут сократить дополнительно, пока не определено. Правительство обещает направлять средства тем, кому они особенно необходимы. Критики опасаются новых ограничений для людей, которые уже нуждаются в поддержке, но еще обходятся без круглосуточного присмотра.

Место дороже пенсии

Немецкая Pflegeversicherung — частичное страхование, а не полная оплата ухода. Разницу покрывают сами нуждающиеся: из пенсии, сбережений либо, при соблюдении условий, за счет социальной помощи. По данным объединения больничных касс vdek, в июле 2026 года постоялец дома престарелых в первый год проживания доплачивал в среднем 3364 евро в месяц — на 256 евро больше, чем годом раньше. В сумму входят уход, питание, проживание и другие платежи учреждению. Для многих пенсионеров такой счет неподъемен.

СДПГ предлагает установить предел личных расходов жильцов пансионатов. Линнеманн возражает: потолок не уменьшит фактическую стоимость услуг и может подтолкнуть цены вверх. У работодателей другой рецепт — предоставлять страховую доплату на уход только после двух лет пребывания в учреждении. Сейчас она действует с первого месяца и покрывает от 15 до 75% соответствующей доли расходов в зависимости от срока проживания. Это пока предложение, а не закон.

Баллы с подвохом

Кабинет уже одобрил первый пакет изменений, но лишь в форме законопроекта. Общую ставку Pflegeversicherung планируют оставить на уровне 3,6%, а для бездетных повысить с 4,2 до 4,5%. При зарплате 3000 евро брутто прибавка составит девять евро ежемесячно, или 108 за год. Меняются и условия присвоения Pflegegrad — степени нуждаемости в уходе. Нижние пороги первых трех категорий собираются поднять: с 12,5 до 15 баллов, с 27 до 30 и с 47,5 до 50. Новым заявителям, едва набравшим прежний минимум, может не хватить баллов. Но уже присвоенные категории сохранят: новые пороги не повод их отменять.

Отдельный спор — о компенсации расходов на помощь в быту (Entlastungsbetrag) до 131 евро в месяц. При Pflegegrad 1 ее в нынешнем виде планируют отменить, предложив взамен более активные консультации и сопровождение. Для Pflegegrad 2–5 предусмотрен Sozialraumbudget — до 175 евро в месяц, а для людей моложе 25 лет — до 300. Средства предназначены для признанных услуг повседневной поддержки. Но консультация не заменит человека, который принесет продукты или поможет убрать.

Ночная смена без зарплаты

Значительная часть ухода в Германии держится на родственниках. Супруги, дети и другие близкие помогают дома, совмещая эти обязанности с работой. А порой и вовсе без ночного сна. Президент социального союза VdK Верена Бентеле требует отказаться от сокращений: нужда в помощи возникает внезапно — после инсульта, травмы или при деменции. Представитель Фонда защиты пациентов Ойген Бриш предупреждает: если семьи перестанут справляться, сотням тысяч людей могут понадобиться места в пансионатах. Но там уже не хватает персонала.

Линнеманн тоже выступает за максимально долгий уход на дому. Власти обещают новые формы сопровождения и более гибкие бюджеты. Обязательное частное дополнительное страхование министр отвергает, предлагая налоговые льготы для добровольных полисов. Но многим семьям такая подстраховка не по карману.

Уравнение без ответа

Экспертная комиссия должна представить предложения к концу января 2027 года. Пока политики решают, где искать средства, семьи живут по действующим правилам: одобренный кабинетом проект еще должен пройти парламент. Бюджетные таблицы необходимо сводить. Но существует и другой подсчет: часы дочери у постели матери, бессонные ночи мужа, ухаживающего за больной женой, счета, растущие быстрее пенсий. В министерстве можно перераспределить миллиарды и изменить критерии. Только кто подменит близкого человека у кровати больного, если на помощь средств уже не останется?

Об этом говорит Германия:

Германия — Себе на память, местным на нервы. Туристические рекорды оборачиваются пробками и протестами. Как Южному Тиролю сдержать наплыв гостей, не потеряв доходы?

Германия — Брак по расчету. Развод по закону. Купили — разлюбили — решили вернуть? Почему исправную вещь магазин вправе не принять обратно, а за бракованную отвечать обязан?

Германия — Лебедь, рак и зумеры. Революционные амбиции, как выяснилось, еще не освобождают от необходимости решать сугубо хозяйственные вопросы

Германия — Конкурс без объявления вакансии. В правящих партиях спорят о том, кто сменит Штайнмайера. Почему новое имя лишь осложнило переговоры и чего ждет Фридрих Мерц, прежде чем раскрыть карты?

Германия — Пятнадцать отсидела. Девять добавили. И дольше века длится срок: для осужденной участницы NSU определили новую временную границу. Почему даже в 2035 году свобода останется под вопросом?

Германия — Ученье — свет, а увольнение? Больничный, «прогулы» и конфликт с начальством: где заканчиваются полномочия предприятия

Германия — Не было бы АдГ, да ХДС помог. Берлинские консерваторы готовы поддержать кандидата правых вопреки позиции Мерца. Почему партийная принципиальность уступает районному расчету?

Германия — Audiенция у Трампа. Четыре миллиарда долларов на завод в США — и скандал в немецком концерне. Почему выступление главы Audi на предвыборном митинге возмутило профсоюзы?

Германия — Фрекен Бок отменяется. Почему владельцы съемного жилья взбунтовались против новых правил?

Германия — Семеро одного BER не ждут. Лоукостер объявил столичный аэропорт слишком дорогим и увел семь самолетов. Почему финансовый спор может обернуться проблемами для тысяч пассажиров?

Германия — Время, назад! Из пенсионера в пионеры. Ученые повернули молекулярные часы клеток 80–летнего донора более чем на 60 лет вспять. Почему сенсация пока не обещает человечеству вторую молодость?

Германия — По усам текло, да молока не было. Растительные напитки обещают здоровье, но немецкие эксперты обнаружили плесневой токсин в 31 из 39 исследованных образцов. Вот и верь после этого красивой этикетке!

Германия — Доживем до 2029–го? Когда в партнерах согласья нет: почему даже сторонники правящих партий сомневаются в долговечности политического брака Мерца и Клингбайля?