ПРАВО ИМЕЮ
— Здравствуйте, редакция!
Меня давно не оставляет один вопрос: где именно проходит граница допустимого, когда речь идет о фото– и видеосъемке в общественных местах? С одной стороны, широко известно, что в Германии действует запрет на съемку людей без их согласия. С другой — в повседневной жизни нередко возникают ситуации, когда речь идет уже не просто о съемке, а о возможной угрозе или правонарушении.
Недавно я стал свидетелем неприятного эпизода в электричке: нетрезвый мужчина навязчиво приставал к девушке. Я незаметно включил камеру телефона и зафиксировал происходящее. Делал это не ради публикации, а исключительно на тот случай, если запись может понадобиться в качестве доказательства. В итоге девушке удалось выйти на ближайшей станции, а мужчина остался в вагоне. Запись до сих пор хранится у меня, однако я никому ее не передавал и нигде не размещал.
Была и другая ситуация. В прошлом году рядом с домом моих соседей я заметил подозрительных людей. Позже выяснилось, что этот дом обокрали. Тогда я ничего не снимал, но теперь думаю: возможно, видеозапись могла бы оказаться полезной для полиции.
В связи с этим у меня возникает сразу несколько вопросов.
— Имею ли я право в подобных обстоятельствах вести съемку исключительно с целью возможной передачи записи правоохранительным органам?
— Могут ли меня самого привлечь к ответственности за такие действия?
— И где проходит та самая граница между защитой общественных интересов и нарушением права человека на личную жизнь?
Спасибо за разъяснение.
Илья Р., Ханау
— Уважаемый Илья!
Распространенное представление о том, что в Германии «в принципе запрещено снимать людей без их согласия», на деле слишком упрощает реальную правовую ситуацию. В соответствии с § 22 KunstUrhG ключевое ограничение связано, прежде всего, не с самой фиксацией изображения как таковой, а с его последующим распространением или публичным демонстрированием без согласия изображенного лица. Именно эта грань часто теряется в бытовом восприятии темы.
Существенное различие
Одновременно с этим немецкое уголовное право действительно устанавливает пределы и для самой записи. Речь идет о § 201a Уголовного кодекса Германии (StGB), который защищает особо чувствительную, интимную и личную сферу человека. Эта норма направлена против несанкционированного создания и использования изображений, затрагивающих наиболее уязвимые стороны частной жизни, а также материалов, способных серьезно навредить репутации изображенного лица. Иными словами, закон проводит различие между ситуацией, когда человек фиксирует возможное правонарушение в общественном месте ради доказательства, и ситуацией, когда съемка вторгается в глубоко личную сферу либо унижает достоинство человека.
В описанном вами случае в электричке кратковременная и целенаправленная запись происходящего с целью фиксации возможного правонарушения в целом выглядит юридически более оправданной, чем обычная скрытая съемка «на всякий случай» или тем более запись из любопытства. Особенно важно, что, по вашему описанию, вы не публиковали видео, никому его не пересылали, не использовали в личных целях и не пытались придать ситуации огласку. При таком подходе запись может рассматриваться как потенциальное доказательство, сохраненное для возможной передачи в полицию. Это не означает, что подобные действия полностью выведены из любой юридической дискуссии, однако с правовой точки зрения такая ситуация заметно безопаснее, чем публикация ролика в интернете, отправка его знакомым или хранение без разумной цели. Норма § 22 KunstUrhG как раз сосредоточена на распространении и публичном показе, а не формулирует абсолютный запрет на любую фиксацию изображения.
Запись как доказательство
Граница допустимого здесь действительно проходит достаточно ясно: чем очевиднее общественный интерес, чем реальнее угроза, чем конкретнее признаки возможного правонарушения и чем убедительнее цель сохранить запись именно как доказательство, тем проще обосновать правомерность таких действий. И наоборот: чем слабее связь съемки с защитой законных интересов, чем больше в ней праздного наблюдения, любопытства или желания «снять на память», тем выше риск того, что действия будут восприняты как вмешательство в личную сферу другого человека. Отдельно повышается риск и тогда, когда запись затрагивает особенно уязвимые обстоятельства, унизительное положение человека или материалы, способные причинить ему существенный репутационный вред.
Поэтому практическое правило в подобных случаях можно сформулировать так: к съемке стоит прибегать лишь тогда, когда действительно есть признаки угрозы, нападения, преследования, кражи, порчи имущества или иного очевидного инцидента; не публиковать такие материалы и не распространять их среди третьих лиц; хранить запись только минимально необходимое время и, если для этого есть основания, по возможности как можно быстрее передавать ее правоохранительным органам. При этом важно понимать и еще одну вещь: окончательная юридическая оценка в Германии почти всегда зависит от конкретных обстоятельств отдельного случая.
Ответ подготовили адвокат Ирина ГЕРМАН, адвокат Максим БРИТАНОВ, Fachanwalt für Familienrecht / Fachanwalt für Migrationsrecht, Адвокатское бюро Фабрика права Britanow & Dr. Hirsch | Tel: 069 26 49 22 420 (de) или 069 26 49 22 422 (рус.) | Fax: 069 26 49 22 444 | www.lawfactory–frankfurt.de, E–Mail: info@lawfactory–frankfurt.de | WhatsApp: +49 178 1689562
Об этом говорит Германия:
Германия — Ингалятор — не билет на диван. Почему людям с хроническим заболеванием дыхательных путей спорт часто нужен не меньше, чем лекарства
Германия — Карманники в онлайн–переулке. Фальшивые магазины, письма «от банка» и один неосторожный клик все чаще стоят людям денег, аккаунтов и нервов
Германия — Пенсию зовут на биржу. Страна запускает новую систему накоплений, но миллионы граждан по–прежнему боятся акций
Германия — Тысяча евро не дошла до кошелька. Бонус для граждан застрял между Бундесратом, землями и коалиционными спорами
Германия — Шампиньоны без права на ошибку. Почему с испорченными грибами лучше не играть в бережливость
Германия — Чужие лапы на вашей земле. Можно ли заставить соседа ответить за «налеты» его собак
Германия — Курорт с братской могилой. На Узедоме нашли 42 жертвы последних дней войны
Германия — Пять пунктов тревоги для Мерца. AfD укрепляет лидерство, пока правительство пытается договориться, кто заплатит за реформы
Германия — Ясли не резиновые, а жить на что? Мать троих детей пытается выйти на работу, но часов в Kita не хватает даже на согласованный график
Германия — Банковский налет без грабителя. Полиция взяла Volksbank в кольцо, однако подозреваемого внутри уже не оказалось
Германия — Круиз с хантавирусом. Почему инфекция из мышиной пыли дошла до международного расследования и спецтранспорта в Дюссельдорфе
Германия — Жизнь по–немецки — планете не по карману. Уже 10 мая страна уходит в экологический минус
